ЧАСТЬ ПЕРВАЯ · 1920–1945
Глава 2. Красковский и Мазало. 1922–1924
В те же годы в Новогрудском уезде проповедовал Григорий Красковский. В 1919 году он вернулся из Америки, где, по воспоминанию Онуфрия Мазало, обратился к вере и пережил крещение Святым Духом со знамением иных языков. На родине Красковский начал собирать вокруг себя верующих и распространять пятидесятническую проповедь.2
Фёдор Васильевич Сазанович сохранил семейный рассказ о начале евангельской жизни в Слоневе. О раннем служении Григория Красковского он знал прежде всего со слов своей матери Анны. За историей разъездного проповедника для него стояла память собственной семьи. 64
Когда Красковский уехал в Америку, его жена Мария осталась дома с детьми. По воспоминаниям, переданным Фёдором, Анна Сазанович помогала ей по хозяйству и была няней у детей. Тогда она ещё не принадлежала к евангельским верующим. После возвращения Красковского стала слушать его проповедь и одной из первых приняла через неё евангельскую веру. Точной даты её обращения семейный рассказ не сохранил. 64
В родной деревне пламенная проповедь Красковского встречала недоверие. Сазанович объяснял это дурной репутацией семьи и родства, известных односельчанам под прозвищем «Гончары». Люди помнили прежнее и подозревали, что новое учение может оказаться ещё одной попыткой их обмануть. По его рассказу, из деревни к первым верующим присоединились практически только две семьи — Сазановичи и ещё одна. Эти слова передают сохранившееся в семье объяснение того, почему проповеднику было трудно быть услышанным среди своих. 64
В окрестных деревнях, по тому же воспоминанию, люди охотнее слушали проповедь и принимали веру; возникали небольшие общины. Сазанович связывал с трудом Красковского и церковь в Бронниках. Его рассказ показывает, как служение постепенно выходило за пределы деревни, где жил сам проповедник. 64
Первые собрания проходили в маленьком доме Красковского. В окнах было по три небольших стекла; Фёдор называл его избушкой. Поначалу здесь собиралось пять — шесть человек. Когда теснота стала мешать встречам, собрания перенесли в более просторный дом Олеся, дяди Фёдора Сазановича. О личном переезде Красковского из Слонево в Гаевку Фёдор рассказывал отдельно. 64
Василий Сазанович, отец Фёдора, принял веру через проповедь Красковского в 1924 году. Так в семейной памяти соединялись забота матери о детях проповедника, обращение родителей и первые тесные домашние встречи. Позднее сын передал эти воспоминания собеседникам, собиравшим историю церкви. 64
Среди тех, на кого повлиял Красковский, был Онуфрий Мазало. Родившийся 15 апреля 1906 года, он в шестнадцать лет посвятил себя служению Господу. Уже через несколько месяцев после обращения в 1922 году Мазало начал проповедовать спасение во Христе.676
В письме барановичского старосты сохранились и имена родителей Онуфрия — Симон и Анна. Документ указывает гмину Щорсы Новогрудского повета как место его рождения. Эти сведения позволяют точнее увидеть человека, которого церковные письма чаще представляли только по имени и служению.76
14 апреля 1924 года по старому стилю в доме Красковского собралось около тридцати верующих. Мазало впоследствии вспоминал, что двенадцать присутствовавших получили крещение Святым Духом; среди них был и он сам.2
Из домашних встреч вырастало служение, охватывавшее всё новые места. Красковский и Мазало посещали деревни и городские собрания, знакомились с людьми, приглашавшими их проповедовать. Со временем Барановичи стали одной из важных остановок на этих путях.